Главное меню
Классическая проза
Уильям Фолкнер
(William Faulkner )
(1897-1962)

57

на полпути к Техасу. И Анс, значит…

        – Я не знаю, кто ее привел, – говорит Юстас. – Я их не видел. С утра сегодня пошел кормить, вижу, лошадь в сарае – сказал мистеру Снопсу, а он велел отвести сюда мулов.

        – Да, больше они его не увидят, это точно. На Рождество, может, получат от него открытку из Техаса. Если б не Джул, так я бы то же самое сделал; я сам у него вроде должник. Ну прямо заколдовывает этот Анс человека. Ну и фрукт, черт возьми.

       

ВАРДАМАН

       

        Теперь их семь, черными кружками.

        Я говорю:

        – Смотри, Дарл. Видишь?

        Он сморит вверх. Видим, ходят в вышине черными кружками, не шевелятся. Говорю:

        – Вчера их было всего четыре.

        На сарае было больше четырех.

        – Если опять захочет сесть на повозку, знаешь, что я сделаю?

        – Что ты сделаешь? – спрашивает Дарл.

        – Не дам на нее сесть. И на Кеша сесть не дам.

        Кеш хворает. Он хворает на гробе. А моя мама – рыба.

        – В Моттсоне, – папа говорит, надо будет купить лекарство. Придется покупать.

        – Как ты себя чувствуешь, Кеш? – спрашивает Дарл.

        – Да не беспокоит нисколько, – говорит Кеш.

        – Подложить под нее повыше? – спрашивает Дарл.

        Кеш сломал ногу. Он два раза ломал ногу. Он лежит на гробе, у него под головой свернуто одеяло, а под коленом деревяшка.

        – Эх, надо было оставить его у Армстида, – говорит папа.

        Я ногу не сломал, и папа не сломал, и Дарл не сломал, а Кеш говорит: «Да только на ухабах. Вроде так трутся маленько на ухабах. Не беспокоит нисколько». Джул уехал. Один раз мы ужинали, а они с конем уехали.

        – Да ведь она бы не захотела, чтоб мы одалживались, – говорит папа. – Ейбогу, не знаю, какой еще человек сделал бы больше. Это потому, что мама Джула – лошадь, Дарл?  – спросил я.

        – Может, мне еще подтянуть веревку? – говорит Дарл.

        Поэтому мы с Джулом были в сарае, а она была в повозке, потому что лошадь живет в конюшне, а мне надо было грифа отгонять.

        – Давай, если хочешь, – Кеш говорит. А Дюи Дэлл ногу не сломала, и я не сломал. Кеш – мой брат.

        Мы остановились. Дарл развязал веревку, и Кеш опять вспотел. У него зубы показались.

        – Больно? – спрашивает Дарл.

        – Пожалуй, обратно завяжи, – говорит Кеш.

        Дарл завязывает, сильно натягивает веревку. У Кеша зубы показались.

        – Больно? – спрашивает Дарл.

        – Не беспокоит нисколько, – говорит Кеш.

        – Может, папе помедленней ехать? – спрашивает Дарл.

        – Нет, – говорит Кеш. – Некогда канителиться. Не беспокоит нисколько.

        – В Моттсоне надо будет купить лекарство, – говорит папа. – Придется купить.

        – Скажи ему, чтоб ехал, – говорит Кеш.

        Мы едем. Дюи Дэлл повернулась назад и вытирает Кешу лицо. Кеш – мой брат. А мама Джула – лошадь. Моя мама – рыба. Дарл говорит, когда опять подъедем к воде, я могу ее увидеть, а Дюи Дэлл сказала: Она в гробу, как она могла вылезти? Я дырок насверлил, через них и вылезла в воду, – я говорю, – а когда к воде подъедем, я ее увижу. Моя мама не в гробу. Моя мама так не пахнет. Моя мама – рыба.

        – Хороши будут твои пироги, когда до Джефферсона доберемся, – говорит Дарл.

        Дюи Дэлл не оборачивается.

        – Ты попробуй в Моттсоне продать, – говорит Дарл.

        – Дарл, когда приедем в Моттсон? – спрашиваю я.

        – Завтра, – говорит Дарл. – Если эти мулы не рассыплются дорогой. Снопс небось опилками их кормил.

        – Дарл, – я говорю, – почему он кормил опилками?

        – Смотрит, – говорит Дарл. – Видишь?

     

 

Фотогалерея

Статьи


Американский романист и новеллист Уильям Катберт Фолкнер родился в Нью-Олбани (штат Миссисипи). Он был старшим из четырех сыновей управляющего делами университета Марри Чарлза Фолкнера и Мод (Батлер) ...


Я думаю, что этой премией награжден не я, как частное лицо, но мой труд - труд всей моей жизни, творимый в муках и поте человеческого духа, труд осуществляемый не ради славы и, уж конечно, не ради д...


Умерший в сентябре 1962 года в возрасте шестидесяти пяти лет Уильям Фолкнер принадлежит к видным мастерам новой американской прозы, которая стала известна в Европе с 1920-х годов и в 1930-х годах по...


Трилогия Фолкнера посвящена социальному возвышению семейства Сноупсов, американцев-южан, историю которых писатель начинает с 90-х годов прошлого столетия (а если считать эпизодические экскурсы в про...


Фолкнер не раз в своих романах и рассказах обращается к йокнапатофским "мужикам". Но только в трилогии он пытается осмыслить их  судьбу в связи с общими тенденциями американской жизни...


В своих романах о Сноупсах Фолкнер вынашивает определение "сноупсизма" или "сноупсовщины" как комплекса агрессивных  разрушительных сил в американской жизни. "Сноупсовщ...


В родном городе выдающегося американского писателя Уильяма Фолкнера - Оксфорде любят рассказывать про своего великого земляка анекдоты. Вот один из них. Получив как-то из продуктовой лавки счет, писат...

Очерк творчества писателя


Открывая едва ли не любой из фолкнеровских романов, сразу ощущаешь, что попал в страну обширную, значительную, богатую, в  страну, живущую предельно напряженной жизнью, страну, проблемы которой...


О начале своей литературной карьеры Фолкнер вспоминал по-разному. Наиболее популярен его рассказ о том, как, встретившись в 1925 году в Новом Орлеане со знаменитым уже тогда Шервудом Андерсоном и по...


Европа не только оттолкнула Фолкнера -- она и напугала его. Он обнаружил в ней душевный надлом, крах, кризис. В этой обстановке только еще сильнее обострились воспоминания о родных краях, о мирном у...


В незаконченной своей книге "Там, за холмами" младший современник Фолкнера, Томас Вулф писал: "Странным образом война (Гражданская.-- Н. А.) из дела оконченного и забытого, ушедшего в...


С тех пор, как в 1750 году Жан-Жак Руссо опубликовал трактат "О влиянии искусства и науки на нравы", проблема соотношения прогресса технического и прогресса этического вновь и вновь встает ...


Романы Фолкнера часто называют экспериментальными, имея в виду их необычную, странную форму. Это, конечно, прежде всего бросается в глаза. Но только ставил он эксперимент куда более ответственный и ...


Творчество Уильяма Фолкнера -- постоянно движущаяся система. Остановок, законченности сделанного он не знал. И все-таки последнее двадцатилетие литературной работы отмечено, хоть и не вполне решител...

Доктор Мартино и другие рассказы
Трилогия о Сноупсах
Поиск по сайту
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск