Главное меню
Классическая проза
Уильям Фолкнер
(William Faulkner )
(1897-1962)

66

спрашивает Вардаман. – Это Джефферсон? – Он тоже отощал; лицо у него осунувшееся, напряженное, полусонное, как у нас.

        – Да, – говорю я.

        Он поднимает голову и смотрит на небо. Сужая круги, они повисли там, как дым: при видимости формы и умысла никаких признаков движения вперед или вспять. Мы снова влезаем в повозку; там на гробе лежит Кеш, и нога у него облеплена осколками раздробленного цемента.

        Потрепанные, унылые мулы со стуком и скрипом везут нас под уклон.

        – Придется показать его доктору, – говорит папа. – Видно, без этого не обойтись.

        У Джула на рубашке, там, где она прикасается к спине, медленно проступает черный жир. Жизнь была создана в долинах. На древних страхах, древних вожделениях и отчаяниях ее вынесло на холмы. Поэтому и надо всходить на холмы пешком, чтобы ехать под гору. Дюи Дэлл сидит спереди, на коленях у нее газетный сверток. Когда мы спускаемся с холма на ровное место, где дорога сжата двумя стенами деревьев, она начинает потихоньку поглядывать налево и направо. Наконец говорит:

        – Мне слезть надо.

        Папа поворачивается к ней. На его помятом профиле написана досада, ожидание неприятности. Повозку он не останавливает.

        – Зачем?

        – Мне в кусты надо, – говорит Дюи Дэлл.

        Папа не останавливает повозку.

        – До города потерпеть не можешь? Миля всего осталась.

        – Останови, – говорит Дюи Дэлл. – Мне в кусты надо.

        Папа останавливает посреди дороги, и мы смотрим, как Дюи Дэлл слезает на землю, не выпуская из руки сверток. Она не оглядывается на нас.

        – Пирогито свои оставь, – говорю я. – Мы покараулим.

        Слезает медленно, на нас не глядит.

        – А если до города дотерпит, она знает, куда там идти? – спрашивает Вардаман. – Дюи Дэлл, в городе где будешь делать?

        Она снимает с повозки сверток, уходит и скрывается среди деревьев и кустов.

        – Особенно там не валандайся, – говорит папа. – Нельзя нам время терять. – Она не отвечает. Вскоре и шагов ее уже не слышно. – Надо было сделать, как Армстид и Гиллеспи советовали, – говорит папа, – в город сообщить, чтобы вперед для нас выкопали.

        – Что же не сообщил? – спрашиваю я. – По телефону мог сказать.

        – На кой черт? – говорит Джул. – Сами не можем выкопать яму в земле?

        Изза холма появляется автомобиль. Загудел и сбавляет ход. На малой скорости едет по обочине, левыми колесами в канаве, объезжает нас и едет дальше. Вардаман глядит на него, пока он не скрывается из виду.

        – Дарл, далеко еще? – спрашивает он.

        – Недалеко.

        – Надо было сообщить, – говорит папа. – Да одалживаться не хочу ни у кого, кроме как у ее близких.

        – Сами, черт возьми, не можем яму вырыть? – говорит Джул.

        – Неуважительно так говорить про ее могилу, – отвечает ему папа. – Не понимаете вы, что это такое. Вы ее просто никогда не любили, никто из вас.

        Джул молчит. Он сидит чересчур прямо, выгнув спину, чтобы не прикасалась рубашка. Выставил розовый подбородок.

        Возвращается Дюи Дэлл. Мы смотрим, как она выходит из кустов со свертком и забирается в повозку. Теперь на ней воскресное платье, бусы, туфли и чулки.

        – Помоему, я велел тебе оставить наряды дома, – говорит папа.

        Она не отвечает, не смотрит на нас. Укладывает сверток в повозку и влезает сама. Повозка тронулась.

        – Дарл, сколько еще холмов? – спрашивает Вардаман.

        – Один всего. С него прямо в город съедем.

        Этот холм песчаный, красный, по обеим сторонам стоят негритянские домишки;

 

Фотогалерея

Статьи


Американский романист и новеллист Уильям Катберт Фолкнер родился в Нью-Олбани (штат Миссисипи). Он был старшим из четырех сыновей управляющего делами университета Марри Чарлза Фолкнера и Мод (Батлер) ...


Я думаю, что этой премией награжден не я, как частное лицо, но мой труд - труд всей моей жизни, творимый в муках и поте человеческого духа, труд осуществляемый не ради славы и, уж конечно, не ради д...


Умерший в сентябре 1962 года в возрасте шестидесяти пяти лет Уильям Фолкнер принадлежит к видным мастерам новой американской прозы, которая стала известна в Европе с 1920-х годов и в 1930-х годах по...


Трилогия Фолкнера посвящена социальному возвышению семейства Сноупсов, американцев-южан, историю которых писатель начинает с 90-х годов прошлого столетия (а если считать эпизодические экскурсы в про...


Фолкнер не раз в своих романах и рассказах обращается к йокнапатофским "мужикам". Но только в трилогии он пытается осмыслить их  судьбу в связи с общими тенденциями американской жизни...


В своих романах о Сноупсах Фолкнер вынашивает определение "сноупсизма" или "сноупсовщины" как комплекса агрессивных  разрушительных сил в американской жизни. "Сноупсовщ...


В родном городе выдающегося американского писателя Уильяма Фолкнера - Оксфорде любят рассказывать про своего великого земляка анекдоты. Вот один из них. Получив как-то из продуктовой лавки счет, писат...

Очерк творчества писателя


Открывая едва ли не любой из фолкнеровских романов, сразу ощущаешь, что попал в страну обширную, значительную, богатую, в  страну, живущую предельно напряженной жизнью, страну, проблемы которой...


О начале своей литературной карьеры Фолкнер вспоминал по-разному. Наиболее популярен его рассказ о том, как, встретившись в 1925 году в Новом Орлеане со знаменитым уже тогда Шервудом Андерсоном и по...


Европа не только оттолкнула Фолкнера -- она и напугала его. Он обнаружил в ней душевный надлом, крах, кризис. В этой обстановке только еще сильнее обострились воспоминания о родных краях, о мирном у...


В незаконченной своей книге "Там, за холмами" младший современник Фолкнера, Томас Вулф писал: "Странным образом война (Гражданская.-- Н. А.) из дела оконченного и забытого, ушедшего в...


С тех пор, как в 1750 году Жан-Жак Руссо опубликовал трактат "О влиянии искусства и науки на нравы", проблема соотношения прогресса технического и прогресса этического вновь и вновь встает ...


Романы Фолкнера часто называют экспериментальными, имея в виду их необычную, странную форму. Это, конечно, прежде всего бросается в глаза. Но только ставил он эксперимент куда более ответственный и ...


Творчество Уильяма Фолкнера -- постоянно движущаяся система. Остановок, законченности сделанного он не знал. И все-таки последнее двадцатилетие литературной работы отмечено, хоть и не вполне решител...

Доктор Мартино и другие рассказы
Трилогия о Сноупсах
Поиск по сайту
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск