Главное меню
Классическая проза
Уильям Фолкнер
(William Faulkner )
(1897-1962)

6

не пошел. Уже запахло свиньями, а он все еще у ручья. Они хрюкали в углу и дышали в корыто. Джейсон шел за нами, руки в карманы. Роскус доил корову в сарае у двери.

        Из сарая метнулись навстречу коровы.

        – Давай, Бенджи, – сказал ТиПи. – Заводи опять. Я подтяну. Уух! – Квентин опять пнул ТиПи. Толкнул в свиное корыто, и ТиПи упал туда. – Ух ты какой! – сказал ТиПи. – Ловко он меня. Видали, как этот белый меня пнул. Уух ты!

        Я не плачу, но не могу остановиться. Я не плачу, но земля не стоит на месте, и я заплакал. Земля все лезет кверху, и коровы убегают вверх. ТиПи хочет встать. Опять упал, коровы бегут вниз. Квентин держит мою руку, мы идем к сараю. Но тут сарай ушел, и пришлось нам ждать, пока вернется. Я не видел, как сарай вернулся. Он вернулся сзади нас, и Квентин усадил меня в корыто, где дают коровам. Я держусь за корыто. Оно тоже уходит, а я держусь. Опять коровы побежали – вниз, мимо двери. Я не могу остановиться. Квентин и ТиПи качнулись вверх, дерутся. ТиПи поехал вниз. Квентин тащит его кверху. Квентин ударил ТиПи. Я не могу остановиться.

        – Подымись, – говорит Квентин. – И сидите в сарае. Не выходите, пока не вернусь.

        – Мы с Бенджи теперь обратно на свадьбу, – говорит ТиПи. – Уух!

        Квентин опять ударил ТиПи. Трясет его и стукает об стенку. ТиПи смеется. Каждый раз, как его стукают об стенку, он хочет сказать «уух» и не может от смеха. Я замолчал, но не могу остановиться. ТиПи упал на меня, и дверь сарая убежала. Поехала вниз, а ТиПи дерется сам с собой и опять упал. Он смеется, а я не могу остановиться, и хочу встать, и падаю обратно, и не могу остановиться. Верш говорит:

        – Ну, показал же ты себя. Нечего сказать. Да перестань вопить.

        ТиПи все смеется. Барахтается на полу, смеется.

        – Уух! – говорит ТиПи. – Мы с Бенджи обратно на свадьбу. Попили саспрелевой – и обратно!

        – Тихо ты, – говорит Верш. – А где вы ее брали?

        – В погребе, – говорит ТиПи. – Уух!

        – Тихо! – говорит Верш. – А где в погребе?

        – Да везде, – говорит ТиПи. Опять смеется. – Там сто бутылок. Миллион. Отстань, парень. Я петь буду.

        Квентин сказал:

        – Подыми его.

        Верш поднял меня.

        – Выпей, Бенджи, – сказал Квентин.

        В стакане горячее.

        – Замолчи, – сказал Квентин. – Пей лучше.

        – Пей саспрелевую, – сказал ТиПи. – Дай я выпью, мистер Квентин.

        – Заткнись, – сказал Верш. – Мало еще получил от мистера Квентина.

        – Поддержи его, Верш, – сказал Квентин.

        Они держат меня. Подбородком течет горячее и по рубашке. «Пей», – говорит Квентин. Они держат мне голову. Мне горячо внутри, и я заплакал. Я плачу, а внутри у меня чтото делается, и я сильнее плачу, а они меня держат, пока не прошло. И я замолчал. Опять все кружится, и вот яркие пошли. «Верш, открой ларь». Медленно плывут яркие. «Стели эти мешки на пол». Поплыли быстрей, почти как надо. «Нука, за ноги берись». Слышно, как ТиПи смеется. Гладко плывут яркие. Я плыву с ними наверх по яркому склону.

        Наверху Верш ссадил меня на землю.  – Квентин, идем! – позвал, смотрит с горы вниз. Квентин все стоит там у ручья. Камешки кидает в тени, где вода.

        – Пускай трусишка остается, – сказала Кэдди. Взяла мою руку, идем мимо сарая, в калитку. Дорожка выложена кирпичом, на ней лягушка посредине. Кэдди переступила через нее, тянет меня за руку.

        – Пошли, Мори, – сказала Кэдди. Лягушка все сидит, Джейсон пнул ее ногой.

        – Вот вскочит бородавка, – сказал Верш. Лягушка упрыгала.

        – Пошли, Верш, – сказала Кэдди.

        – У вас там гости, – сказал Верш.

        – Откуда ты знаешь? – сказала Кэдди.

        – Все лампочки горят, – сказал Верш. – Во всех окнах.

        – Как будто без гостей нельзя зажечь, – сказала Кэдди. – Захотели и включили.

        – А спорим, гости, – сказал Верш. – Идите лучше черной лестницей и наверх, в детскую.

        – И пускай гости, – сказала Кэдди. – Я прямо к ним в гостиную войду.

        – А спорим, тогда твой папа тебя выпорет, –

 

Фотогалерея

Статьи


Американский романист и новеллист Уильям Катберт Фолкнер родился в Нью-Олбани (штат Миссисипи). Он был старшим из четырех сыновей управляющего делами университета Марри Чарлза Фолкнера и Мод (Батлер) ...


Я думаю, что этой премией награжден не я, как частное лицо, но мой труд - труд всей моей жизни, творимый в муках и поте человеческого духа, труд осуществляемый не ради славы и, уж конечно, не ради д...


Умерший в сентябре 1962 года в возрасте шестидесяти пяти лет Уильям Фолкнер принадлежит к видным мастерам новой американской прозы, которая стала известна в Европе с 1920-х годов и в 1930-х годах по...


Трилогия Фолкнера посвящена социальному возвышению семейства Сноупсов, американцев-южан, историю которых писатель начинает с 90-х годов прошлого столетия (а если считать эпизодические экскурсы в про...


Фолкнер не раз в своих романах и рассказах обращается к йокнапатофским "мужикам". Но только в трилогии он пытается осмыслить их  судьбу в связи с общими тенденциями американской жизни...


В своих романах о Сноупсах Фолкнер вынашивает определение "сноупсизма" или "сноупсовщины" как комплекса агрессивных  разрушительных сил в американской жизни. "Сноупсовщ...


В родном городе выдающегося американского писателя Уильяма Фолкнера - Оксфорде любят рассказывать про своего великого земляка анекдоты. Вот один из них. Получив как-то из продуктовой лавки счет, писат...

Очерк творчества писателя


Открывая едва ли не любой из фолкнеровских романов, сразу ощущаешь, что попал в страну обширную, значительную, богатую, в  страну, живущую предельно напряженной жизнью, страну, проблемы которой...


О начале своей литературной карьеры Фолкнер вспоминал по-разному. Наиболее популярен его рассказ о том, как, встретившись в 1925 году в Новом Орлеане со знаменитым уже тогда Шервудом Андерсоном и по...


Европа не только оттолкнула Фолкнера -- она и напугала его. Он обнаружил в ней душевный надлом, крах, кризис. В этой обстановке только еще сильнее обострились воспоминания о родных краях, о мирном у...


В незаконченной своей книге "Там, за холмами" младший современник Фолкнера, Томас Вулф писал: "Странным образом война (Гражданская.-- Н. А.) из дела оконченного и забытого, ушедшего в...


С тех пор, как в 1750 году Жан-Жак Руссо опубликовал трактат "О влиянии искусства и науки на нравы", проблема соотношения прогресса технического и прогресса этического вновь и вновь встает ...


Романы Фолкнера часто называют экспериментальными, имея в виду их необычную, странную форму. Это, конечно, прежде всего бросается в глаза. Но только ставил он эксперимент куда более ответственный и ...


Творчество Уильяма Фолкнера -- постоянно движущаяся система. Остановок, законченности сделанного он не знал. И все-таки последнее двадцатилетие литературной работы отмечено, хоть и не вполне решител...

Доктор Мартино и другие рассказы
Трилогия о Сноупсах
Поиск по сайту
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск