Главное меню
Классическая проза
Уильям Фолкнер
(William Faulkner )
(1897-1962)

20

вставать с постели и спускаться к нему успокаивать.

        – Уже все прошло, – говорит Дилси. – Он сейчас замолчит. Просто обжег немного руку.

        – Двое взрослых негров не могут погулять с ним, чтобы он не орал в доме, – говорит мама. – Вы знаете, что я больна, и нарочно его заставляете плакать. – Подошла ко мне, стоит. – Прекрати, – говорит. – Сию минуту прекрати. Ты что, потчевала его этим?

        – В этом торте Джейсоновой муки нету, – говорит Дилси. – Я его на свои в лавке купила. Именины Бенджи справила.

        – Ты его отравить захотела этим лавочным дешевым тортом, – говорит мама. – Не иначе. Будет ли у меня когданибудь хоть минута покоя?

        – Вы идите обратно к себе наверх, – говорит Дилси. – Рука сейчас пройдет, он перестанет. Идемте, ляжете.

        – Уйти и оставить его вам здесь на растерзание? – говорит мама. – Разве можно спокойно там лежать, когда он здесь орет? Бенджамин! Сию минуту прекрати.

        – А куда с ним денешься? – говорит Дилси. – Раньше хоть на луг, бывало, уведешь, пока не весь был проданный. Не держать же его во дворе у всех соседей на виду, когда он плачет.

        – Знаю, знаю, – говорит мама. – Во всем моя вина. Скоро уж меня не станет, без меня и тебе будет легче, и Джейсону. – Она заплакала.

        – Ну, будет вам, – говорит Дилси, – не то опять расхвораетесь. Идемте лучше, ляжете. А его я с Ластером отправлю в кабинет, пусть там себе играют, пока я ему ужин сготовлю.

        Дилси с мамой ушли из кухни.

        – Тихо! – говорит Ластер. – Кончай. А то другую руку обожгу. Ведь не болит уже. Тихо!

        – На вот, – говорит Дилси. – И не плачь. – Дала мне туфельку, я замолчал. – Иди с ним в кабинет. И пусть только я опять услышу его плач – своими руками тебя выпорю.

        Мы пошли в кабинет. Ластер зажег свет. Окна черные стали, а на стену пришло то пятно, высокое и темное, я подошел, дотронулся. Оно как дверь, но оно не дверь.

        Позади меня огонь пришел, я подошел к огню, сел на пол, держу туфельку. Огонь вырос. Дорос до подушечки в мамином кресле.

        – Тихо ты, – говорит Ластер. – Хоть ненамного замолчи. Вон я тебе огонь разжег, а ты и смотреть не хочешь.

        «Тебя теперь Бенджи зовут», сказала Кэдди. «Слышишь? Бенджи. Бенджи».

        «Не коверкай его имя», сказала мама. «Подойди с ним ко мне».

        Кэдди обхватила меня, приподняла.

        «Вставай, Мо… то есть Бенджи», сказала она.

        «Не смей его таскать», сказала мама. «За руку взять и к креслу подвести – на это у тебя уже не хватает соображения».

        «Я его и на руках могу» , сказала Кэдди. – Можно, Дилси, я его на руках снесу наверх?

        – Еще чего, крохотка, – сказала Дилси. – Да тебе и блохи не поднять туда. Идите тихонько, как велел мистер Джейсон.

        На лестнице наверху свет. Там папа в жилетке стоит. На лице у него: «Тихо!» Кэдди шепотом:

        – Что, мама нездорова?

        Верш спустил меня на пол, мы пошли в мамину комнату. Там огонь – растет и падает на стенах. А в зеркале другой огонь. Пахнет болезнью. Она у мамы на лбу – тряпкой белой. На подушке мамины волосы. До них огонь не дорастает, а на руке горит, и прыгают мамины кольца.

        – Идем, спокойной ночи скажешь маме, – сказала Кэдди. Мы идем к кровати. Огонь ушел из зеркала. Папа встал с кровати, поднял меня к маме, она положила руку мне на голову.

        – Который час? – сказала мама. Глаза ее закрыты.

        – Без десяти семь, – сказал папа.

        – Его еще рано укладывать, – сказала мама. – Опять он проснется чуть свет, и повторится как сегодня, и это меня доконает.

        – Полно тебе, – сказал папа. Дотронулся до маминого лица.

        – Я знаю, что я только в тягость тебе, – сказала мама. – Но скоро уж меня не станет, и ты вздохнешь свободно.

        – Ну перестань, – сказал папа. – Я сойду с ним вниз. – Взял меня на руки. – Пошли, старина, посидим пока внизу. Только не шуметь: Квентин готовит уроки.

        Кэдди подошла, наклонилась лицом над кроватью, и мамина рука пришла, где огонь. Играют ее кольца на спине у Кэдди.

        «Мама нездорова»,

 

Фотогалерея

Статьи


Американский романист и новеллист Уильям Катберт Фолкнер родился в Нью-Олбани (штат Миссисипи). Он был старшим из четырех сыновей управляющего делами университета Марри Чарлза Фолкнера и Мод (Батлер) ...


Я думаю, что этой премией награжден не я, как частное лицо, но мой труд - труд всей моей жизни, творимый в муках и поте человеческого духа, труд осуществляемый не ради славы и, уж конечно, не ради д...


Умерший в сентябре 1962 года в возрасте шестидесяти пяти лет Уильям Фолкнер принадлежит к видным мастерам новой американской прозы, которая стала известна в Европе с 1920-х годов и в 1930-х годах по...


Трилогия Фолкнера посвящена социальному возвышению семейства Сноупсов, американцев-южан, историю которых писатель начинает с 90-х годов прошлого столетия (а если считать эпизодические экскурсы в про...


Фолкнер не раз в своих романах и рассказах обращается к йокнапатофским "мужикам". Но только в трилогии он пытается осмыслить их  судьбу в связи с общими тенденциями американской жизни...


В своих романах о Сноупсах Фолкнер вынашивает определение "сноупсизма" или "сноупсовщины" как комплекса агрессивных  разрушительных сил в американской жизни. "Сноупсовщ...


В родном городе выдающегося американского писателя Уильяма Фолкнера - Оксфорде любят рассказывать про своего великого земляка анекдоты. Вот один из них. Получив как-то из продуктовой лавки счет, писат...

Очерк творчества писателя


Открывая едва ли не любой из фолкнеровских романов, сразу ощущаешь, что попал в страну обширную, значительную, богатую, в  страну, живущую предельно напряженной жизнью, страну, проблемы которой...


О начале своей литературной карьеры Фолкнер вспоминал по-разному. Наиболее популярен его рассказ о том, как, встретившись в 1925 году в Новом Орлеане со знаменитым уже тогда Шервудом Андерсоном и по...


Европа не только оттолкнула Фолкнера -- она и напугала его. Он обнаружил в ней душевный надлом, крах, кризис. В этой обстановке только еще сильнее обострились воспоминания о родных краях, о мирном у...


В незаконченной своей книге "Там, за холмами" младший современник Фолкнера, Томас Вулф писал: "Странным образом война (Гражданская.-- Н. А.) из дела оконченного и забытого, ушедшего в...


С тех пор, как в 1750 году Жан-Жак Руссо опубликовал трактат "О влиянии искусства и науки на нравы", проблема соотношения прогресса технического и прогресса этического вновь и вновь встает ...


Романы Фолкнера часто называют экспериментальными, имея в виду их необычную, странную форму. Это, конечно, прежде всего бросается в глаза. Но только ставил он эксперимент куда более ответственный и ...


Творчество Уильяма Фолкнера -- постоянно движущаяся система. Остановок, законченности сделанного он не знал. И все-таки последнее двадцатилетие литературной работы отмечено, хоть и не вполне решител...

Доктор Мартино и другие рассказы
Трилогия о Сноупсах
Поиск по сайту
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск