Главное меню
Классическая проза
Уильям Фолкнер
(William Faulkner )
(1897-1962)

7

скорее приезжай домой, как только демобилизуют. Ейбогу, она, наверно, и президенту телеграфировала, просила: отпустите его поскорее.

        – Ясно. Обязательно просила. Что может сравниться с материнской любовью? Разве что добрый глоток виски. А где бутылка? Надеюсь, ты не обманул бедную девушку?

        – Вот она! – Лоу вынул бутылку, и Гиллиген нажал звонок.

        – Клод, – сказал он высокомерному проводнику негру. – Принеси нам два стакана и бутылочку саосапариллы или еще чегонибудь. Сегодня мы едем в джентльменском вагоне и будем вести себя, как джентльмены.

        – А зачем тебе стаканы? – спросил Лоу. – Вчера мы и бутылкой обходились.

        – Помни, что мы въезжаем в чужие края. Нельзя нарушать обычаи дикарей. Подожди, скоро ты будешь опытным путешественником и все будешь помнить. Два стакана, Отелло.

        – В этом вагоне пить не полагается. Пройдите в вагонресторан.

        – Брось, Клод, будь человеком.

        – Нельзя пить в этом вагоне. Если желаете, пройдите в вагонресторан. – Рядовой Гиллиген обернулся к своему спутнику.

        – Видал? Как тебе это нравится? Вот как гнусно отнесся к солдатам! Говорю вам, генерал, хуже этого поезда я еще не встречал.

        – А, черт с ним, давай пить из бутылки.

        – Нет, нет! Теперь это вопрос чести. Помни, нам надо защищать честь мундира от всяких оскорблений. Подожди, я поищу кондуктора. Нет, брат, купили мы билеты или не купили?

       

    Нет офицеров, а жены их есть,

    Кому ж они окажут честь?

       

        Небо в тучах и земля медленно и мерно расплываются в сером тумане. Серая земля… По ней проходят случайные деревья, дома, а города, как пузыри призрачных звуков, нанизаны на телеграфную проволоку…

       

    Кто в караулке треплет языком,

    К черту войну посылает тайком?

    Курсант!

       

        И тут вернулся Гиллиген и сказал:

        – Чарльз, вольно!

        «Так я и знал, что он когото приведет, – подумал курсант Лоу и, поднимая глаза, заметил пояс и крылья, вскочил, увидал молодое лицо искаженное чудовищным шрамом через весь лоб. – О господи», – взмолился он, сдерживая дурноту.

        Лоу отдал честь. Офицер смотрел на него рассеянным напряженным взглядом. Гиллиген, поддерживая офицера под руку, усадил его на скамью. Тот растерянно взглянул на Гиллигена и пробормотал:

        – Спасибо.

        – Лейтенант, – сказал Гиллиген, – вы видите перед собой гордость нации. Генерал, велите подать воду со льдом. Лейтенант нездоров.

        Курсант Лоу нажал кнопку звонка и со вспыхнувшей вновь старой враждой, какую американские солдаты питают к офицерам всех национальностей, поглядел на знаки различия, бронзовые крылья и пуговицы, даже не удивляясь, почему этот больной британский лейтенант в таком состоянии путешествует по Америке. «Был бы я старше или счастливее, я бы мог оказаться на его месте», – ревниво подумал он.

        Снова пришел проводник.

        – Нельзя пить в этом вагоне, я ведь вас предупреждал, – сказал он. – Нельзя, сэр. В таких вагонах не пьют. – И тут проводник увидал третьего военного. Он торопливо наклонился к нему и подозрительно глянул на Гиллигена и Лоу: – Что вам от него нужно?

        – Просто подобрал его там, он, видно, иностранец, заблудился. Послушай, Эрнест…

        – Заблудился? Ничего он не заблудился. Он из Джорджии. Я за ним, присматриваю. Кэп, – обратился он к офицеру, – вам эти люди не мешают?

        Гиллиген и Лоу переглянулись.

        – Черт, а я решил, что он иностранец, – шепнул Гиллиген.

        Офицер поднял глаза на испуганного проводника.

        – Нет, – сказал он медленно, – не мешают.

        – Как вы хотите – остаться тут с ними или, может, проводить вас на ваше место?

        – Оставь его с нами, – сказал Гиллигеа – Ему выпить хочется.

        – Да нельзя ему пить. Он больной.

        – Лейтенант, – оказал Гиллиген, – хотите выпить?

        – Да, хочу выпить. Да.

        – Но ему нельзя виски, сэр.

        – Немножко можно. Я сам за ним присмотрю. А теперь дайка нам стаканы. Неужели тебе трудно?

        Проводник снова начал:

        – Но ему же нельзя…

        – Слушайте, лейтенант, – прервал его Гиллиген, – заставьте вашего приятеля выдать нам стаканы – пить не из чего!

        – Стаканы?

        – Ну да! Не желает принести стаканы.

        – Прикажете принести стаканы,

 

Фотогалерея

Статьи


Американский романист и новеллист Уильям Катберт Фолкнер родился в Нью-Олбани (штат Миссисипи). Он был старшим из четырех сыновей управляющего делами университета Марри Чарлза Фолкнера и Мод (Батлер) ...


Я думаю, что этой премией награжден не я, как частное лицо, но мой труд - труд всей моей жизни, творимый в муках и поте человеческого духа, труд осуществляемый не ради славы и, уж конечно, не ради д...


Умерший в сентябре 1962 года в возрасте шестидесяти пяти лет Уильям Фолкнер принадлежит к видным мастерам новой американской прозы, которая стала известна в Европе с 1920-х годов и в 1930-х годах по...


Трилогия Фолкнера посвящена социальному возвышению семейства Сноупсов, американцев-южан, историю которых писатель начинает с 90-х годов прошлого столетия (а если считать эпизодические экскурсы в про...


Фолкнер не раз в своих романах и рассказах обращается к йокнапатофским "мужикам". Но только в трилогии он пытается осмыслить их  судьбу в связи с общими тенденциями американской жизни...


В своих романах о Сноупсах Фолкнер вынашивает определение "сноупсизма" или "сноупсовщины" как комплекса агрессивных  разрушительных сил в американской жизни. "Сноупсовщ...


В родном городе выдающегося американского писателя Уильяма Фолкнера - Оксфорде любят рассказывать про своего великого земляка анекдоты. Вот один из них. Получив как-то из продуктовой лавки счет, писат...

Очерк творчества писателя


Открывая едва ли не любой из фолкнеровских романов, сразу ощущаешь, что попал в страну обширную, значительную, богатую, в  страну, живущую предельно напряженной жизнью, страну, проблемы которой...


О начале своей литературной карьеры Фолкнер вспоминал по-разному. Наиболее популярен его рассказ о том, как, встретившись в 1925 году в Новом Орлеане со знаменитым уже тогда Шервудом Андерсоном и по...


Европа не только оттолкнула Фолкнера -- она и напугала его. Он обнаружил в ней душевный надлом, крах, кризис. В этой обстановке только еще сильнее обострились воспоминания о родных краях, о мирном у...


В незаконченной своей книге "Там, за холмами" младший современник Фолкнера, Томас Вулф писал: "Странным образом война (Гражданская.-- Н. А.) из дела оконченного и забытого, ушедшего в...


С тех пор, как в 1750 году Жан-Жак Руссо опубликовал трактат "О влиянии искусства и науки на нравы", проблема соотношения прогресса технического и прогресса этического вновь и вновь встает ...


Романы Фолкнера часто называют экспериментальными, имея в виду их необычную, странную форму. Это, конечно, прежде всего бросается в глаза. Но только ставил он эксперимент куда более ответственный и ...


Творчество Уильяма Фолкнера -- постоянно движущаяся система. Остановок, законченности сделанного он не знал. И все-таки последнее двадцатилетие литературной работы отмечено, хоть и не вполне решител...

Доктор Мартино и другие рассказы
Трилогия о Сноупсах
Поиск по сайту
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск