Главное меню
Классическая проза
Уильям Фолкнер
(William Faulkner )
(1897-1962)

36

заговорила она. – Дональд Мэгон сегодня вернулся домой.

        – А что, разве правительство прислало его тело?

        – Да нет же, он сам вернулся. Сегодня приехал, поездом.

        – Да ну? Он же умер!

        – Вовсе нет! Сесили была там, она его видела сама. Ее привез домой какойто толстый молодой человек – совсем незнакомый, она была не в себе. Чтото сказал про шрам. Она там упала в обморок, бедняжка. Я ее сразу уложила в постель. И до сих пор не знаю, кто был этот незнакомый молодой человек, – добавила она недовольным голосом.

        Появился Тоби, в белой куртке, неся чашку со льдом, сахар и графин. Мистер Сондерс уставился на жену.

        – Вот чертовщина! – сказал он наконец. – И повторил: – Вот так чертовщина!

        Его жена, сообщив эту новость, спокойно раскачивалась в качалке. Потом мистер Сондерс, выйдя из оцепенения, зашевелился. Он растер веточку мяты и, взяв кусочек льда, потер его мятой и опустил в высокий стакан. Сверху он насыпал сахару, медленно накапал на лед виски из графина и, медленно помешивая ложкой, снова уставился на жену.

        – Вот так чертовщина! – сказал он в третий раз. Тоби долил стакан водой из другого графина и удалился.

        – Значит, вернулся домой? Так, так. Что ж, рад за старика. Очень порядочный человек.

        – Но ты забываешь, что это означает.

        – Как?

        – Для нас.

        – Для нас?

        – Не забывай, что Сесили была его невестой.

        Мистер Сондерс отпил из стакана и, поставив его на пол рядом с креслом, закурил сигару.

        – Ну, что ж, ведь мы, кажется, дали согласие? Я не собираюсь отступаться. – Какаято мысль мелькнула у него. – А Си еще хочет за него?

        – Не знаю. Все было так неожиданно для нее, бедняжка, и его приезд, и этот шрам. Но как, потвоему, хорошо все это или нет?

        – Да ято всегда считал, что ничего хорошего из этой помолвки не выйдет. Я всегда был против!

        – Хочешь свалить на меня? Думаешь, я настаивала?

        Долгий опыт заставил мистера Сондерса смягчить ответ.

        – Рано ей идти замуж, – сказал он только.

        – Глупости. А мне сколько было лет, когда мы поженились?

        Он снова взял стакан.

        – Выходит, что ты сама на этом настаиваешь. – (Миссис Сондерс раскачалась сильнее и смерила его взглядом: он был уличен в глупости). – Почему же ты спрашиваешь, хорошо это или нет?

        – Ну, знаешь, Роберт… Иногда ты… – Она вздохнула и объяснила, ласково, как глупому ребенку, отчаявшись, что он сам поймет: – Видишь ли, обручиться во время войны или в мирное время – вещи совершенно разные. По правде говоря, я не понимаю, как он может надеяться, что все останется попрежнему.

        – Вот что я тебе скажу, Минни. Если он уехал на войну с надеждой, что она его будет ждать, и вернулся с надеждой, что она станет его женой, – значит, так и должно быть. И если она хочет выйти за него, так ты, пожалуйста, не отговаривай ее, слышишь?

        – Неужели ты хочешь насильно выдать свою дочь замуж? Ты сам сказал, что ей рано замуж.

        – Не забывай, я сказал – если она захочет. Кстати, он не хромой, не калека? – добавил он.

        – Не знаю. Сесили расплакалась, когда я ее спросила.

        – Иногда она ведет себя удивительно глупо. Но главное – ты не вмешивайся в их дела! – Он взял стакан, сделал большой глоток и потом сердито и внушительно запыхтел сигарой.

        – Ну, знаешь ли, Роберт! Честное слово, я иногда тебя не понимаю. Как можно насильно выдавать дочку замуж за человека без всяких средств, может быть смертельно больного, вероятно даже неспособного зарабатывать. Сам знаешь, какие они, эти бывшие военные.

        – Да ведь это ты хочешь ее выдать замуж, а не я! Я и не собираюсь. За кого же ты ее выдашь?

        – Например, за доктора Гэри. Она ему нравится. Или за Гаррисона Морье из Атланты. Сесили к нему хорошо относится.

        Мистер Сондерс весьма неизящно фыркнул:

        – Что? Этот дурак Морье? Да я его на порог не пущу. Голова напомажена, окурки разбрасывает по всему дому. Нет, ищи другого.

        – Никого я не ищу. Просто я не позволю, чтобы ты заставил ее выйти за этого мальчика, за Мэгона.

        – Да говорят тебе, что я и не думаю заставлять ее. Ты меня уже научила, что женщин никогда заставлять нельзя. Но если она хочет выйти за

 

Фотогалерея

Статьи


Американский романист и новеллист Уильям Катберт Фолкнер родился в Нью-Олбани (штат Миссисипи). Он был старшим из четырех сыновей управляющего делами университета Марри Чарлза Фолкнера и Мод (Батлер) ...


Я думаю, что этой премией награжден не я, как частное лицо, но мой труд - труд всей моей жизни, творимый в муках и поте человеческого духа, труд осуществляемый не ради славы и, уж конечно, не ради д...


Умерший в сентябре 1962 года в возрасте шестидесяти пяти лет Уильям Фолкнер принадлежит к видным мастерам новой американской прозы, которая стала известна в Европе с 1920-х годов и в 1930-х годах по...


Трилогия Фолкнера посвящена социальному возвышению семейства Сноупсов, американцев-южан, историю которых писатель начинает с 90-х годов прошлого столетия (а если считать эпизодические экскурсы в про...


Фолкнер не раз в своих романах и рассказах обращается к йокнапатофским "мужикам". Но только в трилогии он пытается осмыслить их  судьбу в связи с общими тенденциями американской жизни...


В своих романах о Сноупсах Фолкнер вынашивает определение "сноупсизма" или "сноупсовщины" как комплекса агрессивных  разрушительных сил в американской жизни. "Сноупсовщ...


В родном городе выдающегося американского писателя Уильяма Фолкнера - Оксфорде любят рассказывать про своего великого земляка анекдоты. Вот один из них. Получив как-то из продуктовой лавки счет, писат...

Очерк творчества писателя


Открывая едва ли не любой из фолкнеровских романов, сразу ощущаешь, что попал в страну обширную, значительную, богатую, в  страну, живущую предельно напряженной жизнью, страну, проблемы которой...


О начале своей литературной карьеры Фолкнер вспоминал по-разному. Наиболее популярен его рассказ о том, как, встретившись в 1925 году в Новом Орлеане со знаменитым уже тогда Шервудом Андерсоном и по...


Европа не только оттолкнула Фолкнера -- она и напугала его. Он обнаружил в ней душевный надлом, крах, кризис. В этой обстановке только еще сильнее обострились воспоминания о родных краях, о мирном у...


В незаконченной своей книге "Там, за холмами" младший современник Фолкнера, Томас Вулф писал: "Странным образом война (Гражданская.-- Н. А.) из дела оконченного и забытого, ушедшего в...


С тех пор, как в 1750 году Жан-Жак Руссо опубликовал трактат "О влиянии искусства и науки на нравы", проблема соотношения прогресса технического и прогресса этического вновь и вновь встает ...


Романы Фолкнера часто называют экспериментальными, имея в виду их необычную, странную форму. Это, конечно, прежде всего бросается в глаза. Но только ставил он эксперимент куда более ответственный и ...


Творчество Уильяма Фолкнера -- постоянно движущаяся система. Остановок, законченности сделанного он не знал. И все-таки последнее двадцатилетие литературной работы отмечено, хоть и не вполне решител...

Доктор Мартино и другие рассказы
Трилогия о Сноупсах
Поиск по сайту
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск