Главное меню
Классическая проза
Уильям Фолкнер
(William Faulkner )
(1897-1962)

77

с кемто заговорила, и на повороте увидел Мэддена с незнакомым человеком.

        – Это мистер Доу, – сказал Мэдден, поздоровавшись с ним. – Как Мэгон?

        Гиллиген пожал руку Доу.

        – Он сидит там, в машине, с миссис Пауэрс.

        – Вот как? Мэгон служил в британских частях, – объяснил Мэдден своему спутнику, – в авиации.

        Тот проявил некоторый интерес:

        – в КВФ15?

        – Как будто так, – сказал Гиллиген. – Привезли его сюда, послушать музыку.

        – Привезли?

        – Он в голову ранен. Почти ничего не помнит, – объяснил ему Мэдден. – Вы сказали, с ним миссис Пауэрс? – спросил он Гиллигена.

        – Да, она тоже приехала. Хотите, пойдем, поговорите с ней!

        Мэдден посмотрел на своего спутника. Доу переставил протез.

        – Нет, не стоит, – сказал он. – Лучше я вас подожду.

        Мэдден встал.

        – Пойдем с нами, – сказал Гиллиген. – Она вам будет рада. Она ничего, вот Мэдден подтвердит.

        – Нет, спасибо, я вас подожду здесь. Только вернитесь, ладно?

        Мэдден прочел его невысказанные мысли:

        – Да она еще танцует. Я успею вернуться.

        Он закуривал, когда они отошли от него. Негркларнетист остановил свой оркестр и на время увел музыкантов; веранда опустела, только на перилах сидела все та же группа. Приперев их к стенке, хозяйка дома, в новой вспышке оптимизма, завладела их вниманием.

        Гиллиген и Мэдден прошли по траве, из света в тень.

        – Миссис Пауэрс, вы, наверно, помните мистера Мэддена, – официальным тоном сказал Гиллиген.

        Несмотря на невысокий рост, в Мэддене было чтото большое, спокойное, ощущение сознательного бездействия после напряженной деятельности. Мэдден увидел ее бескровное лицо на темной обивке машины, черные глаза, рот, похожий на рану. Рядом сидел Мэгон, неподвижный, отрешенный, ожидая музыки, хотя трудно было сказать, слышит ли он ее или не слышит.

        – Добрый вечер, мэм, – сказал Мэдден, сжимая ее крепкую, неторопливую руку, вспоминая резкий силуэт на фоне неба, вопль «Ты нас убил!» и выстрел в упор, в лицо человеку, в злое, покрасневшее лицо, освещенное короткой вспышкой пламени на горьком рассветном небе.

       

11

       

        Дважды, бросая вызов соперникам, Джонсу удалось протанцевать с ней: один раз – шагов шесть, второй – шагов девять. В ней не было гимнастической легкости других девушек. Может быть, потому на нее и был такой спрос. Танцевать с теми – все равно, что танцевать с ловкими мальчиками. Во всяком случае все мужчины хотели танцевать с ней, касаться ее.

        Джонс, во второй раз оторванный от нее, желчно соображал, какую тактику применить, и, улучив момент, отбил ее у лакированной прически и смокинга. Тот недовольно поднял пустое, словно выглаженное лицо, но Джонс ловко оттеснил ее от резвящегося стада в угол, образованный концом балюстрады. Здесь его могли атаковать только со спины.

        – Ваш друг сегодня тут.

        Перья веера легко скользнули по его шее. Он пытался прижать ее колено своим, но она ловко избегала прикосновения, тщетно стараясь выбраться из угла. Ктото, пытаясь оторвать ее от него, назойливо вертелся за его спиной, и она с неудовольствием сказала:

        – Вы танцуете, мистер Джонс? Здесь отличный паркет. Может быть, попробуем?

        – Ваш друг Дональд танцует. Пригласили бы его, – сказал он, чувствуя пустое прикосновение ее груди, ее нервные попытки уйти от него.

        Снова ктото подошел к нему сзади, и она подняла свое миловидное лицо.

        Ее мягкие тонкие волосы небрежно пушились вокруг головы, накрашенный рот казался лиловатым на свету.

        – Он здесь? Танцует?

        – Да, со своими двумя Ниобеями16. Даму я сам видел – значит, и мужчина тоже тут.

        – Ниобеями?

        – Да, с этой миссис Пауэрс, или как ее там. Она откинула головку, чтобы видеть его лицо.

        – Вы лжете!

        – Нет, не лгу. Они здесь.

        Она в недоумении смотрела на него. Он чувствовал, как веер, висевший на ее согнутой руке, мягко касался его щеки; сзади ктото снова навязчиво пытался отбить ее.

        – Сидит там, в машине, – добавил он.

        – С миссис Пауэрс?

        – Да, моя дорогая, будьте начеку, иначе она его отобьет.

        Она вдруг вырвалась от него:

        – Если вы не хотите танцевать…

        Сзади ктото настойчиво

 

Фотогалерея

Статьи


Американский романист и новеллист Уильям Катберт Фолкнер родился в Нью-Олбани (штат Миссисипи). Он был старшим из четырех сыновей управляющего делами университета Марри Чарлза Фолкнера и Мод (Батлер) ...


Я думаю, что этой премией награжден не я, как частное лицо, но мой труд - труд всей моей жизни, творимый в муках и поте человеческого духа, труд осуществляемый не ради славы и, уж конечно, не ради д...


Умерший в сентябре 1962 года в возрасте шестидесяти пяти лет Уильям Фолкнер принадлежит к видным мастерам новой американской прозы, которая стала известна в Европе с 1920-х годов и в 1930-х годах по...


Трилогия Фолкнера посвящена социальному возвышению семейства Сноупсов, американцев-южан, историю которых писатель начинает с 90-х годов прошлого столетия (а если считать эпизодические экскурсы в про...


Фолкнер не раз в своих романах и рассказах обращается к йокнапатофским "мужикам". Но только в трилогии он пытается осмыслить их  судьбу в связи с общими тенденциями американской жизни...


В своих романах о Сноупсах Фолкнер вынашивает определение "сноупсизма" или "сноупсовщины" как комплекса агрессивных  разрушительных сил в американской жизни. "Сноупсовщ...


В родном городе выдающегося американского писателя Уильяма Фолкнера - Оксфорде любят рассказывать про своего великого земляка анекдоты. Вот один из них. Получив как-то из продуктовой лавки счет, писат...

Очерк творчества писателя


Открывая едва ли не любой из фолкнеровских романов, сразу ощущаешь, что попал в страну обширную, значительную, богатую, в  страну, живущую предельно напряженной жизнью, страну, проблемы которой...


О начале своей литературной карьеры Фолкнер вспоминал по-разному. Наиболее популярен его рассказ о том, как, встретившись в 1925 году в Новом Орлеане со знаменитым уже тогда Шервудом Андерсоном и по...


Европа не только оттолкнула Фолкнера -- она и напугала его. Он обнаружил в ней душевный надлом, крах, кризис. В этой обстановке только еще сильнее обострились воспоминания о родных краях, о мирном у...


В незаконченной своей книге "Там, за холмами" младший современник Фолкнера, Томас Вулф писал: "Странным образом война (Гражданская.-- Н. А.) из дела оконченного и забытого, ушедшего в...


С тех пор, как в 1750 году Жан-Жак Руссо опубликовал трактат "О влиянии искусства и науки на нравы", проблема соотношения прогресса технического и прогресса этического вновь и вновь встает ...


Романы Фолкнера часто называют экспериментальными, имея в виду их необычную, странную форму. Это, конечно, прежде всего бросается в глаза. Но только ставил он эксперимент куда более ответственный и ...


Творчество Уильяма Фолкнера -- постоянно движущаяся система. Остановок, законченности сделанного он не знал. И все-таки последнее двадцатилетие литературной работы отмечено, хоть и не вполне решител...

Доктор Мартино и другие рассказы
Трилогия о Сноупсах
Поиск по сайту
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск