Главное меню
Классическая проза
Уильям Фолкнер
(William Faulkner )
(1897-1962)

5

не меньше и так же дух захватывает, – прибавил он для убедительности. А вокруг него сидели американцы, уже видавшие виды, трезвые, взрослые, и слушали его с холодным удивлением. Они стали выходить поодиночке и возвращались в летных комбинезонах, держа в руках шлемы и очки. Появился вестовой, неся поднос с чашками кофе, и гость вдруг понял, что давно уже слышит рев моторов в темноте за стеной.

        Наконец встал и Богарт.

        – Пойдемте, – сказал он мальчику. – Вам надо чтонибудь на себя надеть.

        Когда они вышли из столовой, рев моторов раздался совсем громко, как будто лениво громыхал гром. Вытянувшись в ряд вдоль невидимой бетонной площадки, мерцали, будто подвешенные в воздухе, невысокие цепочки синезеленых огней.

        Они пересекли аэродром, направляясь к жилью Богарта. Там на койке сидел лейтенант МакДжиннис и затягивал ремни на летных сапогах. Богарт снял с гвоздя меховой комбинезон и бросил его на койку.

        – Надевайте, – сказал он.

        – Думаете, мне это понадобится? – спросил гость. – Разве мы идем надолго?

        – Вероятно, – сказал Богарт. – Лучше оденьтесь как следует. Наверху холодно.

        Гость взял комбинезон.

        – Видите ли, какое дело… – сказал он. – Нам с Ронни надо завтра… то бишь сегодня, самим сделать небольшую вылазку. Как вы думаете, Ронни не рассердится, если я немножко опоздаю? А вдруг он не захочет меня ждать?

        – К завтраку мы вернемся, – сказал МакДжиннис. Он был очень занят возней со своим сапогом. – Положитесь на меня.

        Мальчик взглянул на него.

        – Когда вам надо быть здесь? – спросил Богарт.

        – Трудно сказать, – ответил мальчик. – Думаю, что это неважно. Ведь только от Ронни зависит, когда нам выходить. А он меня дождется, даже если я немножко запоздаю.

        – Дождется, – подтвердил Богарт. – Надевайте комбинезон.

        – Ладно, – ответил тот. Летчики помогли ему натянуть комбинезон. – А я ведь еще ни разу не летал, – сказал он доверительно. – Держу пари, что оттуда видно куда дальше, чем с гор, а?

        – Больше, во всяком случае, – сказал МакДжиннис. – Вам понравится.

        – Еще бы. Лишь бы Ронни меня дождался. Вот, небось, весело! Но опасно, правда?

        – Что вы! – сказал МакДжиннис. – Шутите!

        – Придержи язык. Мак, – сказал Богарт. – Пошли. Хотите еще кофе? – Он обратился к гостю, но ответил ему МакДжиннис:

        – Нет. У нас есть коечто получше вашего кофе. От кофе остаются противные пятна на крыльях.

        – На крыльях? – удивился мальчик. – Откуда же на крыльях берется кофе?

        – Говорят тебе, молчи, Мак, – приказал Богарт. – Пошли.

        Они снова пересекли аэродром и приблизились к грядкам мигающих синезеленых огней. Когда они подошли почти вплотную, гость различил во мгле очертания «хэндлипейджа». Самолет был похож на спальный вагон, который, вздыбившись, врезался в каркас нижнего этажа недостроенного небоскреба. Гость притих и смотрел на машину, как зачарованный.

        – Больше крейсера, ейбогу, – заговорил он, как всегда, торопливо и звонко. – Теперь понимаю. Ну, конечно, он не может летать весь целиком. Вы меня не обманете! Я уже их видал. Обе части летают отдельно: в одной будем сидеть мы с капитаном Богартом, а в другой – Мак еще с кемнибудь, да?

        – Нет, – сказал МакДжиннис. Богарт кудато исчез. – Весь он взлетает целиком. Весело, правда? Как мотылек, а?

        – Как мотылек? – удивился мальчик. – Аа, понимаю. Крейсер. Летающий крейсер. Понимаю.

        – И вот что, – продолжал МакДжиннис. Он протянул руку, и ладони мальчика коснулось чтото холодное – бутылка. – Когда стошнит, глотните как следует.

 

 

Фотогалерея

Статьи


Американский романист и новеллист Уильям Катберт Фолкнер родился в Нью-Олбани (штат Миссисипи). Он был старшим из четырех сыновей управляющего делами университета Марри Чарлза Фолкнера и Мод (Батлер) ...


Я думаю, что этой премией награжден не я, как частное лицо, но мой труд - труд всей моей жизни, творимый в муках и поте человеческого духа, труд осуществляемый не ради славы и, уж конечно, не ради д...


Умерший в сентябре 1962 года в возрасте шестидесяти пяти лет Уильям Фолкнер принадлежит к видным мастерам новой американской прозы, которая стала известна в Европе с 1920-х годов и в 1930-х годах по...


Трилогия Фолкнера посвящена социальному возвышению семейства Сноупсов, американцев-южан, историю которых писатель начинает с 90-х годов прошлого столетия (а если считать эпизодические экскурсы в про...


Фолкнер не раз в своих романах и рассказах обращается к йокнапатофским "мужикам". Но только в трилогии он пытается осмыслить их  судьбу в связи с общими тенденциями американской жизни...


В своих романах о Сноупсах Фолкнер вынашивает определение "сноупсизма" или "сноупсовщины" как комплекса агрессивных  разрушительных сил в американской жизни. "Сноупсовщ...


В родном городе выдающегося американского писателя Уильяма Фолкнера - Оксфорде любят рассказывать про своего великого земляка анекдоты. Вот один из них. Получив как-то из продуктовой лавки счет, писат...

Очерк творчества писателя


Открывая едва ли не любой из фолкнеровских романов, сразу ощущаешь, что попал в страну обширную, значительную, богатую, в  страну, живущую предельно напряженной жизнью, страну, проблемы которой...


О начале своей литературной карьеры Фолкнер вспоминал по-разному. Наиболее популярен его рассказ о том, как, встретившись в 1925 году в Новом Орлеане со знаменитым уже тогда Шервудом Андерсоном и по...


Европа не только оттолкнула Фолкнера -- она и напугала его. Он обнаружил в ней душевный надлом, крах, кризис. В этой обстановке только еще сильнее обострились воспоминания о родных краях, о мирном у...


В незаконченной своей книге "Там, за холмами" младший современник Фолкнера, Томас Вулф писал: "Странным образом война (Гражданская.-- Н. А.) из дела оконченного и забытого, ушедшего в...


С тех пор, как в 1750 году Жан-Жак Руссо опубликовал трактат "О влиянии искусства и науки на нравы", проблема соотношения прогресса технического и прогресса этического вновь и вновь встает ...


Романы Фолкнера часто называют экспериментальными, имея в виду их необычную, странную форму. Это, конечно, прежде всего бросается в глаза. Но только ставил он эксперимент куда более ответственный и ...


Творчество Уильяма Фолкнера -- постоянно движущаяся система. Остановок, законченности сделанного он не знал. И все-таки последнее двадцатилетие литературной работы отмечено, хоть и не вполне решител...

Доктор Мартино и другие рассказы
Трилогия о Сноупсах
Поиск по сайту
Поиск по книгам:


Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск